В Москве шли холодные дожди, похоже было на то, что лето уже прошло и не вернется, было грязно, сумрачно, улицы мокро и черно блестели раскрытыми зонтами прохожих и поднятыми, дрожащими на бегу верхами извозчичьих пролеток. И был темный, отвратительный вечер, когда я ехал на вокзал, все внутри у меня замирало от тревоги и холода.Я немедля опустил оконную занавеску и, как только носильщик, обтирая мокрую руку о свой белый фартук, взял на чай и вышел, на замок запер дверь. Потом чуть приоткрыл занавеску и замер, не сводя глаз с разнообразной толпы, взад и вперед сновавшей с вещами вдоль вагона в темном свете вокзальных фонарей. Мы условились, что я приеду на вокзал как можно раньше, а она как можно позже, чтобы мне как-нибудь не столкнуться с ней и с ним на платформе. . Я отшатнулся от окна, упал в угол дивана, рядом был вагон второго класса — я мысленно видел, как он хозяйственно вошел в него вместе с нею, оглянулся, — хорошо ли устроил ее носильщик, — и снял перчатку, снял картуз, целуясь с ней, крестя ее...
Войдя, она даже не поцеловала меня, только жалостно улыбнулась, садясь на диван и снимая, отцепляя от волос шляпку.Утром, когда я вышел в коридор, в нем было солнечно, душно, из уборных пахло мылом, одеколоном и всем, чем пахнет людный вагон утром. За мутными от пыли и нагретыми окнами шла ровная выжженная степь, видны были пыльные широкие дороги, арбы, влекомые волами, мелькали железнодорожные будки с канареечными кругами подсолнечников и алыми мальвами в палисадниках... Дальше пошел безграничный простор нагих равнин с курганами и могильниками, нестерпимое сухое солнце, небо подобное пыльной туче, потом призраки первых гор на горизонте...
Из Геленджика и Гагр она послала ему по открытке, написала, что еще не знает, где останется.
Потом мы спустились вдоль берега к югу.
Мы нашли место первобытное, заросшее чинаровыми лесами, цветущими кустарниками, красным деревом, магнолиями, гранатами, среди которых поднимались веерные пальмы, чернели кипарисы...
Я просыпался рано и, пока она спала, до чая, который мы пили часов в семь, шел по холмам в лесные чащи. Горячее солнце было уже сильно, чисто и радостно. В лесах лазурно светился, расходился и таял душистый туман, за дальними лесистыми вершинами сияла предвечная белизна снежных гор... Назад я проходил по знойному и пахнущему из труб горящим кизяком базару нашей деревни: там кипела торговля, было тесно от народа, от верховых лошадей и осликов, — по утрам съезжалось туда на базар множество разноплеменных горцев, — плавно ходили черкешенки в черных длинных до земли одеждах, в красных чувяках, с закутанными во что-то черное головами, с быстрыми птичьими взглядами, мелькавшими порой из этой траурной запутанности.
Потом мы уходили на берег, всегда совсем пустой, купались и лежали на солнце до самого завтрака. После завтрака — все жаренная на шкаре рыба, белое вино, орехи и фрукты — в знойном сумраке нашей хижины под черепичной крышей тянулись через сквозные ставни горячие, веселые полосы света.
Когда жар спадал и мы открывали окно, часть моря, видная из него между кипарисов, стоявших на скате под нами, имела цвет фиалки и лежала так ровно, мирно, что, казалось, никогда не будет конца этому покою, этой красоте.
На закате часто громоздились за морем удивительные облака; они пылали так великолепно, что она порой ложилась на тахту, закрывала лицо газовым шарфом и плакала: еще две, три недели — и опять Москва!
Ночи были теплы и непроглядны, в черной тьме плыли, мерцали, светили топазовым светом огненные мухи, стеклянными колокольчиками звенели древесные лягушки. Когда глаз привыкал к темноте, выступали вверху звезды и гребни гор, над деревней вырисовывались деревья, которых мы не замечали днем. И всю ночь слышался оттуда, из духана, глухой стук в барабан и горловой, заунывный, безнадежно-счастливый вопль как будто все одной и той же бесконечной песни.
Недалеко от нас, в прибрежном овраге, спускавшемся из лесу к морю, быстро прыгала по каменистому ложу мелкая, прозрачная речка. Как чудесно дробился, кипел ее блеск в тот таинственный час, когда из-за гор и лесов, точно какое-то дивное существо, пристально смотрела поздняя луна!
Иногда по ночам надвигались с гор страшные тучи, шла злобная буря, в шумной гробовой черноте лесов то и дело разверзались волшебные зеленые бездны и раскалывались в небесных высотах допотопные удары грома.
Он искал ее в Геленджике, в Гаграх, в Сочи. На другой день по приезде в Сочи, он купался утром в море, потом брился, надел чистое белье, белоснежный китель, позавтракал в своей гостинице на террасе ресторана, выпил бутылку шампанского, пил кофе с шартрезом, не спеша выкурил сигару.
Сделайте полный синтаксический разбор 1осложн.предл.; 2ССП;2СПП;1БСП
( 1 ) Иногда (обстоят.) по ночам (обстоят.) надвигались (сказ.) с гор (обстоят.) страшные (определ.)тучи (подлеж.) , (2) шла (сказ.) злобная ( определ..) буря (подлеж.) , (3) в шумной гробовой (определ.) черноте (обстоят.) лесов (несогл.определ.) то и дело (обстоят.) разверзались (сказуем.) волшебныезеленые (определ.) бездны (подлеж.) ( 4) и раскалывались (сказ.) в небесных (определ.) высотах (обстоят.) допотопные (определ.) удары (подлеж.) грома. (несоглас. определ.) Предлож. повествоват. невосклицательное, сложное, БСП , ссочинительн. связью
1 часть – распространенное, двусоставное, полное , неосложнено
2 часть – распространенное полное двусоставное, не осложнено
3 часть – распространенное двусоставное полное, не осложнено
4 часть – распространенное полное двусоставное, не осложнено( запятая перед и не ставится, есть общий член предложения – вшумной гробовой черноте)
[ = - ] , [ = - ] , [ =- ] и [ = - ]
Я( подлеж.) немедля (обстоят.) опустил (сказ.) оконную (определ.) занавеску (дополнен.) и, как только (обстоят.) носильщик (подлеж.) , обтирая мокрую руку о свой белый фартук (обстоят.) , взял (сказуем.) на чай(обстоят.) и вышел (сказуем.) , на замок (обстоят.) запер (сказ.) дверь. (дополнен.)
Предлож.повествовательное, невосклицательное, сложное, союзное С П П 1предлож – главное, распространенное, двусоставное полное
2предлож. – распространенное , двусоставное полное, осложнено обособленнымобстоятельством, выраженным деепричаст. оборотом, придаточное обстоят. времени
[ - = и ,(как - = ) , = ]
.(1) И был темный, отвратительный (сказуем.) вечер ( подлеж.), (2) когда (обстоят.) я ( подлеж.) ехал (сказ.) на вокзал (обстоят.) , (3) все(подлеж.) внутри ( обстоят.) у меня (дополнен.) замирало ( сказуем.) от тревоги и холода.( дополнен.)
Предлож.повествоват., невосклиц. , союзное, сложное , с разными видами связи - бессоюзной иподчинительной
1предлож. – главное нераспространенное, двусоставное полное , осложненооднородными сказуемыми
2предлож. – распространенное двусоставное, полное , не осложнено, придаточноеобстоят. времени
3предлож.- распространенное, двусоставное, полное, не осложнено
[=, = - ] , (когда - = ) ,[ - = ].
Недалеко (обстоят.) от нас(дополнение) , в прибрежном овраге (обстоят. уточнение), спускавшемся излесу к морю (определ.) , быстро(обстоят.) прыгала (сказуемое) по каменистому (определ.) ложу(обстоят.)мелкая, прозрачная (определ.) речка.(подлеж)
Предлож. простое , полное, повествоват.,невосклиц., распространенное, двусоставное, осложненообособленным уточняющим членом предложения, определением, выраженнымпричастным оборотом, однородными определениями, выраженными прилагательными.
[ -.-. --- , -.-.-., ≈ , -.-. = ≈ -.-. ≈ , ≈ _ ]
Подпишись на наш канал в телеграм. Там мы даём ещё больше полезной информации для школьников!
