Расставьте недостающие знаки препинания, дайте графические или словесные объяснения.
В беседах Пушкин овладевал нитью общих интересов и уверенно вел разговор по волнующим темам, широко развертывая в импровизации_ не только живые познания, но и гениальные догадки.
Быстрый в движениях_ он говорил плавно, словно не желая торопиться, в чем сказывалась_ по всей вероятности_ углубленная_ вдумчивость. Во время беседы_ он вникал в смысл внутренних голосов_ еще неясно звучащих в его душе. Это придавало ритмичность, его монологической речи_ и можно было ощутить очарование его французского, который был безукоризненным_ точно у француза. Пушкин_ видимо воспринял в детстве_ от учителей и родных_ эту прозрачную французскую речь_ сложившуюся еще в эпоху Людовика ХУ_ и навсегда сохранил к ней расположение. Он считал, что художественная проза_ не терпит прикрас, а требует только мыслей_ и что высшее качество рассказа - это быстрота, конкретность и сжатость.
Мне приходилось наблюдать поэта в различном обществе_ и в свете_ и с царем_ и дома. С членами царской семьи_ он принимал непринужденный тон светской беседы_ и доводил эту манеру_ до границ искусной_ и по-настоящему остроумной дерзости, которая была у него замаскирована общепринятой любезностью.
Совсем иным он чувствовал себя, если находился в женском кругу. Серьезные рассказы, шутки, анекдоты, слетавшие с его уст, все приобретало чрезвычайную занимательность.
Но бесспорно, что ярче всего он был_ все же_ в небольшом кругу_ близких людей.
В беседах Пушкин овладевал нитью общих интересов,и уверенно вел разговор по волнующим темам,широко развертывая в импровизации_ не только живые познания, но и гениальные догадки.
Быстрый в движениях он говорил плавно, словно не желая торопиться, в чем сказывалась по всей вероятности углубленная вдумчивость.Во время беседы, он вникал в смысл внутренних голосов, еще неясно звучащих в его душе. Это придавало ритмичность, его монологической речи,и можно было ощутить очарование его французского, который был безукоризненным, точно у француза.Пушкин, видимо воспринял в детстве от учителей и родных, эту прозрачную французскую речь, сложившуюся еще в эпоху Людовика ХУ, и навсегда сохранил к ней расположение. Он считал, что художественная проза не терпит прикрас, а требует только мыслей, и что высшее качество рассказа - это быстрота, конкретность и сжатость.
Мне приходилось наблюдать поэта в различном обществе, и в свете, и с царем, и дома. С членами царской семьи, он принимал непринужденный тон светской беседы, и доводил эту манеру, до границ искусной, и по-настоящему остроумной дерзости, которая была у него замаскирована общепринятой любезностью.
Совсем иным он чувствовал себя, если находился в женском кругу. Серьезные рассказы, шутки, анекдоты, слетавшие с его уст, все приобретало чрезвычайную занимательность.
Но бесспорно, что ярче всего он был все же в небольшом кругу, близких людей.
